Автор Тема: Вагон времени Глава 4 Автор Евгений Аркадьев  (Прочитано 1599 раз)

Оффлайн Arkadyev

  • Новичок
  • Сообщений: 12
    • E-mail
4.


После короткого,  утомительного похода духота стала невыносимой. Воздух был неподвижен. Неподвижен был и наполненный звуками лес.
Толян спустился к воде, зачерпнул кепи воду и вылил себе на голову. Зачерпнув воды ещё раз, он напился.
- Не боишься какую-нибудь заразу подцепить? – с опаской спросил Иваныч.
- Единственная зараза здесь – это мы, - ответил Толян и закурил.
Иваныч тоже спустился к воде. Толян, улыбаясь, смотрел, как он жадно пьёт воду из фуражки.
- Интересно, какие здесь крокодилы? – вслух подумал Толян.
Иваныча от воды как ветром сдуло.
- Шутник хренов! – смеясь, сказал он.
В глубине леса послышался треск. Он надвигался со всех сторон. Вскоре послышался шум, напоминающий звук выпускающего пар паровоза. «Паровозов» было штук двадцать.
Боясь пошелохнуться, они смотрели, как из леса выплыла тень. Прямо над ними проплыла огромная голова на длинной мощной шее. Дохнув силосом, голова опустилась в озеро, шумно поглощая воду. На водопой пришло целое стадо. В воздухе запахло скотным двором.
- Иваныч, может, пора делать отсюда ноги, по-тихому? Или ты ещё не передумал искать чёртово депо?
Иваныч ничего не ответил и медленно попятился назад, потянув за собой Толяна.
Динозавр заметил движение под собой. Его голова взметнулась вверх и через секунду оказалась перед носом у Толяна. В свете луны блеснули любопытные глаза. Запах оказался незнакомым, но он не был запахом хищника. Динозавр шумно вдохнул и отвернулся.
Иваныч не сразу обрёл дыхание. Толян опустил ствол пулемёта и тихо выругался. Не сговариваясь, они продолжили отступление и остановились у первого попавшегося дерева.
Луна поднялась выше и осветила фантастическое зрелище. Открыв рты, они смотрели на огромных животных. В лунном свете динозавры перестали быть тенями, обретя форму и объем, отчего казались ещё больше.
Вдалеке, за озером, Лемешко продолжал им сигналить, напоминая, что это не сон. Внезапно фонарь перестал мигать, замерев на месте. Потом до них донёсся леденящий кровь рёв и громкий крик Лемешко. Светящаяся точка не погасла, а скатилась вниз и часто отчаянно замигала.


Лемешко вновь стал одолевать страх, когда ответные сигналы прекратились. В свете Луны он тоже видел озеро. Видел неясные огромные тени, плавающие над водой. Страх в нём боролся с любопытством. Ему постоянно хотелось нырнуть в спасительную дверь вагона, но стыд за собственную трусость останавливал его. Он старался думать о чём угодно, о том, как вернётся домой, к родителям, о своей девушке Лене, о своих друзьях. Расскажет всем, как оказался среди динозавров и тогда придётся лгать, что он не праздновал труса, вёл себя как герой, но ему не поверят. От этой мысли ему стало смешно. Кто ему вообще поверит, что он побывал в Мезозое? Интересно, в каком периоде он оказался? В триасовом? – нет. Либо в Юрском, Либо в Меловом. Это точно. Таких крупных динозавров в Триасе не было… Хотя, кто знает.
Опомнившись, он вновь стал подавать в темноту сигналы. Прошло ещё пятнадцать минут, когда он услышал вдалеке шаги. Он обрадовался. Ещё немного, и он вернётся в теплушку. Лемешко вспомнил, как Толян проклинал начальство за железный вагон. До этого они ездили в деревянной теплушке, построенной ещё при царе Горохе. Её легче было отапливать зимой, а летом она не так нагревалась на Солнце. В этот раз железный вагон оказался весьма кстати.
Шаги приближались. Лемешко насторожился. Толян с  Иванычем ушли в темноту почти бесшумно. Уже через минуту он их не слышал.  А тут чьи-то большие ноги не продирались сквозь заросли, а с хрустом ломали растения, подминая их под себя.
Лемешко перестал сигналить. Приближалось что-то большое и страшное. Сама по себе пришла мысль о хищнике. И тут уже без разницы как он называется, аллозавр, тираннозавр…  Достать его на крыше вагона может любой из них.
Лемешко включил фонарик, высветив из темноты зубастую пасть. Ящер взревел от ослепительного света, а Лемешко заорал от страха и прыгнул в вагон, но  пальцы соскользнули с двери,  и он упал на землю. Ящер бросился к нему. Лемешко закатился под вагон, выскочил с другой стороны и отчаянно стал сигналить в сторону озера. Он вовремя нырнул под спасительные колёса, когда ящер догадался обойти вагон, и, наконец, забрался внутрь. Задвинув  дверь, он включил фонарь. Штык-ножом он легко вскрыл первый попавшийся ящик. Внутри оказались приборы, упакованные в пропитанную парафином бумагу и пересыпанные деревянной стружкой. Он вынул приборы из трёх ящиков, набил один из них стружкой и поджёг. Он быстро отодвинул дверь и вытолкнул ящик наружу. Ящер заревел. Его шаги удалялись.
Лемешко сел на край вагона, достал сигареты и понял, что не может сам прикурить. Его трясло. На помощь подоспел Витёк. Лемешко показалось, что он свалился с неба. Витёк сунул ему в рот сигарету и зажёг спичку.
- Ты как? Цел? – спросил его Витёк, но Лемешко только открывал рот как рыба, выброшенная на берег. Он сам не знал, что потерял дар речи. От этого взгляд его стал и вовсе безумным.
 

Несколько минут назад Витёк ходил туда-сюда вдоль вагона. Он злился на Иваныча. При всём уважении к нему, он считал, что Толяну тот будет только обузой.
Витёк приказал Никонову вынести из вагона дрова и бензин. Колобова он отправил на крышу следить за сигналами.
Услышав рёв динозавра и отчаянный вопль Лемешко, Витёк не повторил ошибку Иваныча, он не пошёл по земле, а влез на крышу и побежал, легко перелетая просветы между вагонами. В темноте он едва заметил препятствие и нырнул вниз, рискуя переломать ноги об вагонную сцепку. Голова ящера громко клацнула в темноте зубами. Витёк спрятался под вагон и громко крикнул:
Костёр! Зажгите костёр!
Витёк дважды выстрелил в темноту, на звук. Ящер заревел. Стало тихо. Он по лесенке осторожно поднялся на крышу и увидел, как впереди, где был Лемешко, из вагона вылетел сноп огня, осветив огромного ящера. Витёк посмотрел назад. За его спиной тоже полыхал огонь. Он побежал дальше.

Ящик догорал. Темнота подступала со всех сторон, а Лемешко так и не пришёл в чувство. Витёк помог ему подняться на крышу, похлопал его по щекам, потряс за плечи и спросил:
Ты меня слышишь?
Лемешко не ответил, но согласно закивал головой.
- Надо возвращаться, пока не поздно.
Они побежали назад. Витёк думал, что ему придётся помогать товарищу, перебираться с вагона на вагон, но тот так  резво скакал впереди, что изумлённый Витёк едва за ним поспевал.

В теплушке Витёк первым делом налил в стакан водки, выпил и влил полстакана водки в Лемешко.
- Никонов! Ты что, дрова на свои деньги купил?! Колобов, помоги!
- Витёк, что там случилось? – спросил Колобов, бросая поленья Никонову, стоящему у костра.
- Полная жопа, пацаны. Вот что случилось, - ответил Витёк. Глянув на Лемешко, он налил ему ещё.
Лемешко сильно запьянел. Сначала он сидел на стуле, покачиваясь, но вдруг упал на пол и заревел.
- Отставить истерику! – крикнул ему Витёк, поднял его с пола и сильно встряхнул.
Лемешко словно очнулся. Вытаращил глаза.
- Витёк, я сделал всё, как мне приказали, - сказал вдруг он.
- Ну, наконец-то, - облегчённо выдохнул Витёк, - а то я уж подумал, ты окончательно, того, «ку-ку»!
Витёк налил в кружки водку и подозвал остальных к столу.
- Давай, пацаны, за удачу!
Витёк сменил батарейки в фонарике, взял автомат,  и полез на крышу.
- Следите за костром и ни шагу от вагона, - сказал он сверху.
Последнее указание было лишним, и он засмеялся. Витёк помигал фонариком. Ответный сигнал он увидел, но почему-то высоко над землёй. Он заглянул в вагон и посмотрел на Колобова.
- Колобок, вылей бутылку коньяка в мою фляжку.
Получив наполненную коньяком фляжку, он сделал глоток и пошёл встречать разведчиков.
По пути он думал, как напавший на него ящер так быстро оказался в хвосте состава.
- Твою ж мать! Так вас, черти, двое! – Догадавшись, в чём дело, вслух сказал Витёк. Он присел, испугавшись собственного голоса. Никого, кроме насекомых он не слышал.
Дойдя до последнего вагона, он помигал фонариком, но ответа не получил.
Идти дальше не было смысла. Оставалось только ждать.


На этот раз они решили обойти озеро с другой стороны. Пришлось идти в гору, но под ногами была твёрдая земля, а не чавкающая грязь низины.
Иваныч тысячу раз пожалел, что затеял эту авантюру. Нет чтобы посидеть, подумать! Утра дождаться, в конце концов!
Размышления его прервал пылающий ящик, выброшенный Лемешко из вагона. Дважды щёлкнул выстрел. Опять рёв динозавра. Чуть дальше тоже вспыхнул костёр.
Толян побежал. Иваныч пыхтел, но не отставал от него.
Когда они обогнули озеро, Толян остановился. Надо было осмотреться и дать отдохнуть Иванычу. У поезда горел костёр, но было тихо. Ещё немного, и они будут в теплушке.
- Толян, слышишь? – спросил Иваныч.
Через секунду они бежали обратно. Ящер заревел, услышав близость добычи. Слева ему ответил другой. Он быстро перемещался в темноте, стараясь отрезать им путь к лесу.
У Иваныча открылось второе дыхание. Он перестал пыхтеть и ровно, как кузнечные меха, вдыхал и выдыхал воздух.
Ящер не успел отсечь их от леса. Пробежав с полсотни метров, они неожиданно оказались на поляне с одним единственным деревом и прудом. Ночь, луна, звёзды, дерево отражались в зеркале пруда. Толян замер, как вкопанный, и Иваныч ткнулся ему в спину.
- Сюда бы Куинджи, - пробормотал Иваныч.
Близкий рёв прервал их романтический порыв. Не сговариваясь, они направились к дереву. Иваныч окончательно выбился из сил. Ноги у него подгибались. Толян помог ему забраться на нижний сук и полез вслед за ним. Он энергично подталкивал Иваныча снизу, пока они не влезли на дерево достаточно высоко.
От страшной смерти в пасти ящера их отделяли секунды. Оба хищника появились на поляне одновременно с разных сторон. Причем один из них вышел на поляну как раз им навстречу.
Иваныч думал, что ему приходит конец. Сердце сбивалось с ритма, резь в лёгких не давала дышать. В глазах потемнело. Он изо всех сил вцепился в толстый сук.
Замерев, они смотрели вниз, на хищников, вдруг потерявших к ним интерес. Ящеры ходили по поляне и нюхали воздух. Иваныч вмиг забыл про свои недуги. Сердце перестало выскакивать из груди. Вернулось дыхание. Он сел на сук, прислонившись спиной к стволу.
- Надо забраться выше, - шепнул ему снизу Толян.
- Иваныч кивнул и медленно, как большой ленивец, пополз вверх.
На развилке из четырёх сучьев они остановились. Толян устроился рядом. Он вынул из кармана плоскую фляжку и подал её Иванычу.
- Что здесь?
- Спирт, - коротко ответил Толян.
- Весьма кстати. Мы можем просидеть здесь до утра, а может, и больше, - ответил Иваныч. Глотнул из фляжки, зажмурил глаза и замер. Открыв их, он сказал:
- Начмед не обманул, отменный спирт.
- Иваныч, сигнал! – шепнул Толян и помигал фонариком в ответ.
- Интересно, как они там? Надеюсь, все живы? – спросил Иваныч.
- Да нормально всё. Эшелоны длинные бывают. Чтоб зря не бегать, мы договорились об условных сигналах. Да если бы что серьёзное случилось, Витёк давно бы красную ракету выпустил.
- У тебя что, ракетница есть? Хотя о чём я спрашиваю, если у тебя есть ещё и два неучтённых ствола.
- Иваныч, не начинай…
- Да ничего я не начинаю! – перебил его Иваныч. Он достал из кармана сигареты, - Как раз две штуки остались, - он прикурил обе и протянул одну Толяну.
- Иваныч, давай я их из пулемёта положу, нахрен! Надоело бегать от них!
- Да ты что! Смотри, какие красавцы!
- То же мне «гринписовец»!
- В «Гринпис» меня не примут.
- Почему?
- Я жёлтеньким писаю.
Они засмеялись.

Ящеры незаметно исчезли с поляны, а вскоре стало понятно, почему. В лесу заревело, затрещало, затопало. Стало понятно, почему ящеры потеряли к ним интерес. Они выгнали на поляну отбившегося от стада динозавра и набросились на него. Это был один из тех мирных молчаливых гигантов пришедших на водопой. Динозавр отступил к дереву и отчаянно защищался. Но его прижали к дереву и стали рвать…
Внезапный и мощный удар хвостом по дереву чуть не сбросил их вниз. Иваныч удержался, вцепившись в сук, а Толян опрокинулся на спину, чудом успев ухватиться рукой за ветку. Он чуть не улетел вниз. Затем последовал второй удар. Дерево затрещало. Они вцепились в ветки изо всех сил.
- Надо было не слушать тебя. Перестрелять их, нахрен! – кричал Толян повиснув на ветке. Пулемёт за спиной тянул его вниз. Иваныч перебрался к нему и взял за рукава.
Третьего удара дерево не выдержало и завалилось в пруд. Толян, в падении, успел закинуть ногу на сук и не сорваться. Дерево упало мягко, а макушка, упав на другой берег пруда, не дала провалиться ему в воду.
Борьба у дерева прекратилась. Воздух наполнился запахом крови. Мощными челюстями ящеры с треском рвали плоть.
- Слушай, Иваныч. Уходить надо, - сказал Толян.
- Может, подождём, пока нажрутся?
- Они всё не съедят. Скоро здесь будет целая куча тварей поменьше. Или ты «В мире животных» никогда не смотрел?
Иваныч согласился. Сделав по глотку спирта для храбрости, они перебрались по стволу дерева на сушу. Пригнувшись, они быстро скрылись за деревьями. Их никто не преследовал. Выйдя к озеру, они сразу увидели костёр. Мигнул пару раз фонарик. Толян ответил.
- Дрова все сожгут, черти! – сказал Толян.
- Нашёл, о чём думать! – удивлённо воскликнул Иваныч.
- Да тише ты, пошли домой. Жрать хочу.
Они быстро пошли на мигающий им фонарик.
Осталось позади озеро. Фонарик мигал всё ближе. Наконец они различили в темноте очертания вагонов.
- Молодец, Лемешко! – крикнул в темноту Толян.
- Наконец-то!  - ответил Витёк, слезая с крыши.

Колобов стоял спиной к костру. Услышав шаги, он включил фонарик.
- Колобок, это мы! – крикнул ему Витёк.
Иваныч рухнул у костра.
- Воды! – сказал он.
- Может, чего покрепче, Иваныч? – предложил Витёк.
- Чуть позже, - ответил Иваныч.
- Все на месте? – спросил Витька Толян.
- Порядок. Только Лемешко спит. Я в него полбутылки влил, чтобы в себя пришёл. А так он молодец, отбился.

Витек добавил на стол кружек. Никонов  помог ему заново накрыть стол. Колобов остался на посту у костра.
Иваныч сел за стол. Глянув на спящего Лемешко, он приказал:
- Разбудите его!
Никонов растолкал Лемешко. Хлопая сонными глазами, тот сел за стол, не понимая, что происходит.
- Колобов, дуй сюда. Если кто явится, отбиваться будем хором, - сказал Иваныч часовому и добавил:
- Дверь прикрой.
Иваныч дождался, пока он сядет за стол и начал:
- Нас – шесть человек. Все мы находимся в здравом уме и твердой памяти. Все мы понимаем, что оказались там, где никак не должны оказаться…